Дюны набегают одна на другую, руки автоматически выкручивают руль (черт, похоже, я стер ладони...), газ, сбросить газ, смотреть прямо под колеса, опять газ, руль вправо, влево, ногу с газа, еще дюна... Неужели это когда-нибудь закончится? Мозг уже отказывается воспринимать информацию, хочется крикнуть: «Идите к черту с вашей пустыней! Ненавижу! Хочу нормальный асфальт!» А впереди — бескрайние пески...

Кто есть кто?

Daily, EuroCargo и EuroTrakker

Основу колонны составляли серийные внедорожники IVECO. Микроавтобусы Daily предыдущей серии (новый Daily в версии 4х4 пока не выпускается) оснащены отключаемым передним приводом; у грузовиков EuroCargo — постоянный полный привод, 230-сильный двигатель и 6-ступенчатая КПП. В начале пути нас сопровождал и тяжелый самосвал EuroTrakker 6х6, но через пустыню он не пошел — остался в оазисе.

Astra

Самым эффектным автомобилем в колонне был четырехосный армейский вездеход Astra. Эта небольшая итальянская фирма строит вездеходы на ивековских агрегатах — в основном для строителей (самосвалы, карьерные самосвалы, бетономешалки) и армии.
«Пустынный» вариант оснащен 420-сильным двигателем, 16-ступенчатой КПП и блокировкой всех дифференциалов. Полная масса самого автомобиля — 44 т, а состав с полуприцепом-«танковозом» весит до 100 т. Конечно, кабина и органы управления здесь староваты, но это вполне устраивает консервативных военных.

Гоночный EuroCargo

Этот автомобиль (о нем мы подробно рассказывали в АР № 8, 2000) построен для участия в ралли-рейдах. Его агрегаты и узлы остались серийными — разве что мощность двигателя увеличена до 340 л.с. и в подвеске установлены специальные амортизаторы. А поскольку «технички» у команды нет, запчасти и инструмент спортсмены возят с собой, в кузове.
На этот год запланировано участие только в Ралли Фараонов: маленькому EuroCargo не под силу тягаться с раллийными КамАЗами и Татрами. А в следующем сезоне должен появиться новый гоночный грузовик на мощном шасси EuroTrakker.

Overland

Оранжевый грузовик с жилым модулем-фургоном, который сопровождал нас в пустыне, — один из трех автомобилей, построенных специально для серии кругосветных экспедиций Overland (см. АР № 9, 1999). В конце 1995 года эта экспедиция успешно пересекла Россию, а одним из участников пробега был шеф российского сервиса IVECO Владимир Гончаренко.
В качестве шасси для экспедиционных машин была выбрана модель ANW 330.30 с двигателем Deutz воздушного охлаждения, а поскольку кабины взяли из партии, предназначенной для СП IVECO-УралАЗ, все таблички в них — на русском языке!

Когда прошедшей зимой в Миассе (я ездил туда на СП IVECO-УралАЗ) ударил 35-градусный мороз, итальянцы утешали меня: «Ничего, следующий раз поедешь в пустыню». Тогда я принял это за шутку — и зря. Потому что действительно отправился в рейд на грузовиках IVECO по пустыне Сахара!

Через несколько месяцев после поездки яркие ощущения стираются: остаются только фотографии, сувениры, записи в блокноте... Вот две баночки из-под фотопленки, наполненные песком: в одной он темный, охристый, в другой — совсем светлый. Песок мелкий-мелкий — такой обычно бывает в песочных часах.
Вот кусок кристаллизовавшейся соли с высохшего соляного озера. Этими кристаллами бойко торгуют на обочине дороги, которая проходит вдоль озера. Коллега-поляк выменял соль на наручные часы; я поступил проще — отломил кусочек от декоративной композиции в холле гостиницы...
Строчки из блокнота: «Аборигены в бурнусах день-деньской лежат у дверей глиняных домиков». «Полицейский на мотоцикле BMW, оба зеркала отломаны». «Пикапчики-пежотики» (эти пикапы, да и вообще старые машины французского производства — основной транспорт в Тунисе: как-никак, бывшая французская колония).
Еще записи. «Луна в зените». Сумасшедшая луна висит прямо над головой, да и звезды расположены непривычно. Другая широта! «Маленький самум». Едешь по пустыне, и вдруг дорогу быстро-быстро пересекает (чуть не написал «перебегает») песчаный водоворотик. И исчезает вдали — так же неожиданно, как и появился.
...Гостеприимный Тунис предлагает туристу все, чего тот пожелает. Пустыня? Пожалуйста! Сахара захватывает Тунис своим северным краем: здесь она относительно не широка и неопасна, а потому привлекает даже начинающих путешественников.
Верблюды — на каждом шагу. Хочешь — покупай тур на верблюдах, а если нет времени, местные аборигены покатают за символическую плату. Скорпионы? Нет проблем: видишь, какой роскошный экземпляр сидит под тем камнем? Только пальцем не трогай! Мираж? Пара пустяков: поехали на соляное озеро. Вон мираж, вон и еще во-он там...

Встреча в пустыне: корреспондент ИТАР-ТАСС Михаил Медведев (слева) и Мики Бьязион. «Мы старые друзья...»

Когда выезжаешь из дюн на твердую поверхность, надо поднять давление в шинах

Но все это было потом. А вначале самолет приземлился в столице Туниса, которая так и называется — Тунис.
«Журналисты? — спросили нас местные таможенники и странно переглянулись. — Значит, у вас есть фотоаппараты?» Мы, ничего не подозревая, закивали головами — и немедленно лишились всей фотоаппаратуры под расписку. А затем пять часов ждали, пока из города привезут «ауторизейшен» — разрешение на ввоз профессиональной фотоаппаратуры в страну.
Выяснилось, что без «ауторизейшен» нам, то есть иностранцам, запрещено и водить вездеходы по местным дорогам. На бездорожье — пожалуйста, а там, где начинается мало-мальски обозначенная трасса, — ни-ни.
Поначалу Тунис не впечатлил. Выжженные равнины, городки с пальмами и белыми домиками, надписи на двух языках (арабском и французском)... Но на следующее утро все изменилось.
Два часа тряски на джипах Land Cruiser (вот где «крузеры» используются по назначению!) — и перед нами встали песчаные гряды. Я и не предполагал, что пустыня лежит выше поверхности моря! Здесь, на границе гор, стоят заброшенные жилища аборигенов-берберов — глиняные полукруглые постройки, прилепившиеся друг к другу. Говорят, как раз в таких домиках снимали эпизоды «Звездных войн»... А затем началась пустыня — непривычная, похожая на степь с сухой землей и колючками.
В программе, которую я получил в Москве, было написано: «Стоянка в оазисе. Ночлег в палатках». И что же? Среди буйного островка зелени и пальм на краю пустыни стоит несколько десятков здоровенных брезентовых палаток. В каждой — ковер, двуспальная кровать, шкаф, электрическое освещение. Больше всего меня поразило то, что палатка натянута вокруг бетонного кубика, в котором — туалет и ванная с горячей водой! Но стоит выйти за палатку — и вот она, бескрайняя Сахара.

В песках надо ездить так...

После обеда нас собрали на инструктаж. Сначала — «техника безопасности». Пить только из бутылок. Не есть сырые овощи. Утром вытряхивать одежду: вдруг туда заполз какой-нибудь житель пустыни? Ни в коем случае не пить напитки со льдом: неизвестно, из какой воды приготовлен лед.
Затем гонщик Мики Бьязион, участвовавший на своем IVECO EuroCargo во многих ралли-рейдах, начал учить нас особенностям вождения в пустыне. Вот некоторые правила.
1) Не гнать. Если переборщить со скоростью, грузовик может прыгнуть и зарыться колесами в песок. Лучше аккуратно переваливаться с дюны на дюну.
2) «Крутить» двигатель, используя низшие передачи. Если потерять обороты, мотор может заглохнуть. Когда машина взбирается на бархан — держать высокие обороты, перед самой вершиной сбросить газ, не трогая педаль тормоза. Передачи переключать только на ровных участках.
3) Смотреть «двойным зрением»: вдаль (примерно на 400 м от машины) и почти под колеса (примерно 4 м от бампера).
4) Чтобы колеса не зарылись в песок, поворачивать по кривой большого радиуса.
5) В зыбучих песках не останавливаться на ровном месте. Лучше всего вставать так, чтобы при трогании покатиться под горку.
6) Уметь различать песок (чем светлее — тем мягче).
А потом Мики начал вспоминать о соревнованиях, в которых участвовал. Первый раз он сел за руль гоночного грузовика в 1997 году, на Мастер-ралли, которое проходило по нашей стране. «Помню-помню! — кивнул я. — Мне тоже удалось принять участие в этом ралли: на последнем участке, от Чебоксар до Москвы, я ехал на МАЗе-«техничке» в качестве механика».
«Серьезно? — отозвался Мики. — Тогда завтра поменяешь мне масло в двигателе. Шучу, шучу...»

Вначале мы долго учились водить грузовики по пескам вокруг разрушенной крепости. А на следующее утро колонна взяла старт через северную оконечность пустыни — сначала по дюнам, потом по высохшей равнине.
...По самому тяжелому участку маршрута я ехал на головном EuroCargo. Два микроавтобусика и гоночный грузовик Бьязиона, которые шли впереди, шустро ускакали вперед. А я жму на педаль газа: когда впереди маячит борт другой машины, чувствуешь себя увереннее. Короткобазный EuroCargo «козлит», кренится на дюнах, итальянец, сидящий рядом, вцепился в поручень... А скорость — всего-то 20—25 км/ч.
Если разогнаться сильнее, не успеешь вывернуть руль и «вписаться» в колею. Кроме того, можно та-ак прыгнуть... Я ощутил это на собственной шкуре: все содержимое кабины, включая седоков, взлетело к потолку, а итальянец разразился неимоверно длинной тирадой с восклицаниями «Санта Мадонна!».
В отличие от EuroCargo, здоровенная армейская Astra идет степенно, переваливаясь с боку на бок. Правда, на холостом ходу надо все время подгазовывать, иначе мотор работает неустойчиво. Зато при старте можно безбоязненно бросать педаль сцепления: вездеход при этом не прыгает, а мягко трогается с места.
Часть пути я проехал в кабине гоночного грузовика, рядом с Бьязионом. Он резвился от души: летел, не разбирая дороги, пускал грузовик в занос, «ходом» спускался с отвесных барханов. Уже через пять минут у меня разболелась голова. «И какой расход топлива при таком режиме езды?» — поинтересовался я. «На ровной поверхности — литр на километр. А в дюнах — три литра на километр...»
Все-таки пустыня — фантастическое место! Вдруг рядом с колеей возникает абориген в бурнусе, справляющий малую нужду. Что он делает здесь, в песках? Куда идет? А вот — наполовину засыпанный песком знак «объезд препятствия». Какое может быть препятствие на гладкой, как стол, поверхности?
Не менее странно воспринимается кафе, стоящее на «проезжей» колее (назвать ее дорогой не поворачивается язык). Радушный хозяин в домике, укрытом ветвями, наливает в крохотные стаканчики крепкий чай, режет копченую колбасу, ломает хлеб. А рядом с кафе пасется лопоухий ослик и стоит недостроенный туалет: сверкающие унитазы посреди пустыни. Чем не фантастический сюжет?..
Стены кафе испещрены автографами тех, кто здесь останавливался. Многочисленные ралли-рейды (включая Париж—Дакар), пробеги. «Не может быть, чтобы здесь не проезжали наши!» — подумал я, рассматривая многочисленные «визитные карточки». И вскоре нашел: «Игорь Новоселов, ремонтная служба Таллинского морского пароходства». Впрочем, если верблюд — корабль пустыни, то почему бы сюда не добраться корабельному механику?
Кстати, о верблюдах. Если остановиться недалеко от жилья, то как по мановению волшебной палочки появляются местные жители с одногорбыми верблюдами в поводу. За небольшую сумму прокатился и я. Бедные туристы, пересекающие пустыню на верблюдах! Честное слово, грузовик намного комфортабельнее...

До места мы добрались без особых приключений. Только у одного EuroCargo от тряски потекло топливо из-под кабины — но механики быстро привели машину в порядок.
А под конец мы даже заехали на промежуточный финиш ралли Тунис (оно как раз проходило в то время) — и встретили там корреспондента ИТАР-ТАСС Михаила Медведева. Но прибытия наших КамАЗов не дождались — не было времени.
На следующий день, при вылете из Туниса, нас с коллегой остановил любопытный пограничник: «Чем занимались? Водили грузовики по пустыне? А-а, значит, участвовали в ралли... И какое место заняли?» Когда мы начали объяснять, что это был рекламный пробег, собеседник понимающе усмехнулся: понимаю, проиграли и не хотите говорить...